Елена хлебосольная
Все об авторе первого в России кулинарного бестселлера

Стол, доложу вам, милостивые судари и сударыни, был обильный. Второпях пробегу его взором, покамест гости толкутся в передней…
Истекая жиром, разлегся на блюде испеченный гусь, рядом высится чугунок с картошкой, над которой веет ароматный дымок. Тут и непременные спутники русских застолий – соленые, с буграми на теле огурцы, хрусткие грибы, в мелком масляном озерце плавают верные дружки – селедочка с лучком. Компанию им составили нарезанная ломтями ветчина, круг сыра, толпа пирогов: с рыбой, мясом, капустой – и, само собой, разноцветные наливки, весело плещущиеся в пузатых графинчиках…
Теперь умолкну, хотя и не успел всего добра перечислить, – распахнулись двери в гостиную, куда шумно и весело ввалились гости, задвигали стульями, устраиваясь за столом. Самое время представить хлебосольных хозяев: архитектора Франца Францевича М. и его супругу Елену Ивановну. А по какому случаю застолье, вы тотчас узнаете.
– Господа, прошу минутку внимания. Я хочу поднять бокал за здоровье моей дражайшей половины, нынче празднующей свои именины. Вы, разумеется, присоединитесь к моим пожеланиям…
– Непременно! С радостью! За милую Елену Ивановну до дна-с!
Звон рюмок сменили жевание, хруст салфеток, звяканье вилок и ножей, тарелочный звон. Однако вскоре хозяин снова завладел вниманием публики:
– Вы, верно, знаете, что супруга моя великая мастерица готовить. И посему я приготовил ей соответственный подарок…

– Хочу пояснить, господа, что тут собраны кушанья, которыми Елена Ивановна потчевала меня за время нашего супружества…
Гости дружно зааплодировали. Елена Ивановна взяла в руки книгу, принялась ее листать, и в глазах ее вспыхнула радость. Она горячо обняла мужа.
– Отменный презент! Я ведь… из того, что здесь описано, я ведь почти ничего и не упомню! А моя готовка и впрямь часто бывает недурна!
Архитектор согласно кивнул, а Елена Ивановна повернулась к гостям:
– Дорогие дамы, я подумала вот о чем… Ежели пожелаете, можете пользоваться моими записками!
И добавила под общий смех:
– Буду счастлива, коли помогу вам ублажить желудки своих благоверных!
…Уже готовясь отойти ко сну, Франц Францевич спросил жену:
– А что, если, милая Леночка, нам твои рецепты издать в качестве кулинарной книги?
Однако ответом ему было молчание – утомившаяся за день Елена Ивановна уже смежила веки. Архитектор с благоговением глянул на нее и задул свечу.
Мне остается лишь сообщить любезным читателям фамилию супружеской четы: Молоховец.
Спасительница семейного очага
Теперь сосредоточимся на личности создательницы кулинарного труда «Подарок молодым хозяйкам» Елене Ивановне Молоховец, в девичестве Бурман, которой суждено обрести всероссийскую славу на ниве хлебосольства.
Она родилась в апреле 1831 года в семье начальника Архангельской таможни. Рано потеряла родителей, а потому воспитывалась под присмотром бабушки. Та и поспособствовала – деньгами – поступлению Елены в Смольный институт – известное заведение для благородных девиц, которое вернее назвать монастырем, ибо здешние воспитанницы походили на затворниц. Дни их проходили в непрестанной учебе, и даже окна были плотно занавешены, дабы девицы не отвлекались видом прохожих, тем паче мужеского пола. По прошествии трех лет Елена успешно освоила курс многочисленных наук, среди которых, между прочим, кулинария не значилась. Наградой нашей героине стал гербовый диплом и к нему в придачу – золотой браслет и Библия.
Вернувшись в родные пенаты, Елена вышла замуж за уже известного вам господина. Через некоторое время семейство, к тому времени обремененное детьми, переехало в Курск, где и произошел описанный мною случай. Возможно, некоторые детали того дня выглядели иначе, однако факт остается неизменным – именно супруг подарил г-же Молоховец счастливую мысль об издании книги ее кулинарных рецептов…
– Леночка, думается, что твою книжку следует снабдить уведомлением…
– О, Франц, ты словно читаешь мои мысли! Погляди, что я набросала.

Во-первых – познакомить с кухней и вообще хозяйством самих хозяек. Для этого я собрала описание разных запасов, необходимых в домашнем хозяйстве.
Во-вторых – уменьшить расходы в домашнем хозяйстве. Для этого я во всех помещенных мною кушаньях назначила, по возможности, точно определенную пропорцию всех составных частей их на 6 человек. Под описанием кушаний назначила реестр выдачи, потому что, не имея перед глазами реестра – всего того, что входит в состав кушанья, не только хозяйка, но даже и повар, который исключительно тем занимается, не в состоянии вдруг припомнить всего…»
– Отменно, милая! Надеюсь, твои сентенции подсобят многим.
…Вскоре рукопись была сдана издателю, в августе 1860-го ее одобрил цензурный комитет, а еще спустя год она увидела свет. Успех превзошел все ожидания, однако скудного тиража книги хватило далеко не всем желающим, и хор женских голосов стал настойчиво требовать переиздания, что и было сделано. Потом снова, снова и снова – с памятного 1861-го до исторического 1917-го «Подарок молодым хозяйкам» выходил 29 раз!
Корреспондент «Биржевой газеты» написал статью к 50-летию творческой деятельности Елены Ивановны, где были такие слова: «…уголка в России нет и нет, пожалуй, семьи, где бы не было этой книги», и вовсе не погрешил против истины. Барышни и замужние дамы могли не ведать о существовании Некрасова, Тургенева и Толстого, однако труд г-жи Молоховец изучался ими досконально. И потому среди хозяек имя автора пользовалось огромным авторитетом.
Сестра таланта и удовольствия

Ее влекли иные области, особенно религия. Но труды в ней признаются критиками несостоятельными, поскольку полны многословных рассуждений, тяжеловесны и, по сути, пусты. В новом предмете она, вероятно, искала не славы, а отвлечения от рухнувших на нее несчастий: отдал Богу душу супруг Франц Францевич, лишился рассудка один сын, другой сложил голову на Русско-японской войне…

Последние годы жизни нашей героини окутаны сумрачной тьмой. Детали можно лишь представить и – с содроганием. Шел 1918-й, ее последний год. Елена Ивановна – глубокая старуха, к тому же нищая, неприкаянная. В зимнюю стужу она, спотыкаясь, бредет к Смольному, ставшему символом чужой и страшащей ее власти, чтобы мысленно возвратиться в прошлое – с этого крыльца она сбегала шестьдесят лет назад юная, полная сил и благих порывов, с написанной на роду всенародной славой. Теперь же впереди у женщины, всю жизнь воспевавшей благополучие и сытый покой, смерть – по злой иронии судьбы – в голодном, злом одиночестве…

Послесловие к биографии Елены Ивановны дописала сама судьба – в конце минувшего века лежавший под спудом более семи десятилетий «Подарок молодым хозяйкам» отряхнули от пыли, и книга снова стала руководством к действию. Намедни автор в компании друзей последовал одному из четырех тысяч (!) советов уважаемой Елены Ивановны. В результате произошел самый редкий случай, когда краткость оказалась не только сест-рой таланта, но и удовольствия. Впрочем, испытайте его сами…

Шашлык
Нарезать ломтями от котлетной части 2–3 фунта (800–1200 г) баранины – от филе или от мякоти задней четверти вместе с жиром, уложить плотно в ка-менную чашку, пересыпать солью, перцем, нашинкованным луком (частич-ками чеснока) и зеленою петрушкою, залить остывшим уксусом, вскипячен-ным пополам с водою и со специями, оставить на 4 часа. Затем эти куски баранины осушить в салфетке, нанизать на вертел; перед самым отпуском обжарить перед огнем, подставив медное блюдо, и как можно чаще поливать жаркое соком, который будет стекать. Подавать с рассыпчатым рисом.Валерий БУРТ